- Сообщения
- 4.118
- Реакции
- 49.497
Ай да Хобот, ай да сукин сын — с почётом вошёл в анналы отечественного фраерства, да не как последний шалопай с подворотни, а как уважаемый в законе, патриарх подземного престола.
Московский же областной вертеп справедливости, под занавес судебного балагана, отстегнул ему восемь годочков да два хвоста в придачу — не абы как, а строго по чести, за то, что носил корону теневого царства и держал братву в узде. Сие деяние у гусаров числится как «занятие высшего положения в преступной иерархии» — мол, не просто катала, а прям-таки генерал без погона.
А Хобот, в отличие от многих обиженных, не стал плакать в жилетку или косить под раскаявшегося блудного сына. Нет, господа хорошие, он, с лицом непроницаемым, как у монаха в пост, глаголал: «Мне не стыдно за мой удел». Более того, благодарствовал он судье — дескать, срок по силам, не загнали под фанеру, можно, глядишь, и на воле ещё покурить весенний воздух без решётки.
«Жизнь, — молвил Хобот, — прожил без славы, но и без фальши. Не горжусь, но и не гну спину. Иначе — не мог».
Вот такие дела, братцы. Один — под лампой орёт про раскаяние, а другой — встаёт в полный рост и, глядя смерти в глаза, целует свои принципы в лоб. Честь и закон — не всегда прописаны в уголовном кодексе, но среди братвы они дороже любой индульгенции.
